The rain and the wind and the murk 
Reign over cold desert of fall, 
Here, life's interrupted till spring; 
Till the spring, gardens barren and tall. 
I'm alone in my house, it's dim 
At the easel, and drafts through the rims. 

The other day, you came to me, 
But I feel you are bored with me now. 
The somber day's over, it seemed 
You were there for me as my spouse. 
Well, so long, I will somehow strive 
To survive till the spring with no wife. 

The clouds, again, have today 
Returned, passing, patch after patch. 
Your footprints got smudged by the rain, 
And are filling with water by the porch. 
As I sink into lonesome despair 
From the vanishing late autumn’s glare. 

I gasped to call after you fast: 
Please come back, you're a part of me, dear; 
To a woman, there is no past 
Once love ends, you're a stranger to her; 
I’ll get drunk, I will watch burning logs, 
Would be splendid to get me a dog.


И ветер, и дождик, и мгла
Над холодной пустыней воды.
Здесь жизнь до весны умерла,
До весны опустели сады.
Я на даче один. Мне темно
За мольбертом, и дует в окно.
Вчера ты была у меня,
Но тебе уж тоскливо со мной.
Под вечер ненастного дня
Ты мне стала казаться женой...
Что ж, прощай! Как-нибудь до весны
Проживу и один - без жены...
Сегодня идут без конца
Те же тучи - гряда за грядой.
Твой след под дождем у крыльця
Расплылся, налился водой.
И мне больно глядеть одному
В предвечернюю серую тьму.
Мне крикнуть хотелось вослед:
"Воротись, я сроднился с тобой!"
Но для женщины прошлого нет:
Разлюбила - и стал ей чужой.
Что ж! Камин затоплю, буду пить...
Хорошо бы собаку купить.


“She passed away, and was interred by Jacob
Beside the road...” And on the tomb, no sight
Of any name, inscription and no mark up.

At nighttime, there’s a gleaming feeble light,
And whitewashed with chalk, the grave’s cupola
With enigmatic paleness is attired.

 I’m timidly approaching as the night falls
And kiss the dust and chalk in awe and thrill
Of this tombstone, artless, white, and cold

The sweetest of the earthly words! Rakhil!

* Rakhil is the Russian equivalent for Rachel



”И умерла, и схоронил Иаков
Ее в пути...” И на гробнице нет
Ни имени, ни надписей, ни знаков.
Ночной порой там светит слабый свет,
И купол гроба, выбеленный мелом,
Таинственною бледностью одет.
Я приближаюсь в сумраке несмело
И с трепетом целую мел и пыль
На этом камне выпуклом и белом...
Сладчайшее из слов земных! Рахиль!